простое объяснение куки

Фамилия его подружки Барбары (её играет Тенди Ньютон) снова в противоположность библейским раскладам проста и даже вульгарна - "кухарка", "стряпуха" (Cook). Друзья-наркоманы величают её уменьшительно-ласкательным "Куки" (Cookie), что, опять же, можно интерпретировать по-разному: "булочка", "милашка", "наркоман". К Барбаре подходят все три значения, если только "булочка" она не сдобная и не пышная (вегетарианка как-никак). Да и не отвязная она наркоманка, как Стреч и Спун: её передоз, с которого и началась заваруха в фильме, вроде бы и был её первым опытом общения с наркотиками. Попробовала - с кем не бывает.

Героя Тупака Шакура зовут Эзикиел Уитмор, и уж его-то имя ещё более говорящее: Иезекииль - имя одного из великих пророков Ветхого Завета, а фамилию "Whitmore" дословно можно перевести как "Ещё больше относящийся к празднику Троицы". Эдакий "божий человек", "слуга господен", пребывающий на дне жизни. Ерунда, что наркоман, главное - намекнуть на глубокую религиозную символичность его образа. Негры любят такое. Зато прозвище Эзикиела - "Spoon" - в противоположность столь религиозному имени означает просто "Ложка": он делает себе ширево исключительно в ложке, и объяснению этого в фильме уделена одна незамысловатая, но трогательная (для тех, кто может найти в наркомановской жизни берущие за душу элементы) сценка.

Фамилия героя (собственно, исключительно из-за него мы и обратились к этому фильму, пускай это кому-то покажется оправданием - да это и есть оправдание), Александра Ролэнда, что называется, говорящая - "невозделанная земля" (Rawland). Полагаем, что это связано с нереализовавшимся (пока, во всяком случае) музыкальным талантом Ролэнда, и никак не намекает на то, что он, белый, тусит исключительно с чёрными (у ультраправых радикалов, если не ошибаемся, имеется соответствующий термин для определения такого рода отщепенцев). Его же прозвище "Stretch" со слэнга можно перевести по-разному: "отсидка", "дылда", "бодяжка", "жгут" (для перетягивания вены). Так как Стреч не сидел, да и ростом не могуч, то остаются два последних варианта. И скорее всего Александра Ролэнда правильно называть "Бодяжкой". Ну, да, герой Тима Рота - мелкий запутавшийся лузер-наркот, выпавший, кроме того, из своей социальной среды. В жизни таких, как Стреч, никто не уважает (в некоторых кадрах Стреч даже ходит, как обосравшийся). Если только кто-то неравнодушен к игре на фортепьяно, которой Стреч владеет мастерски.

Но поговорим немного о героях картины, раз уж мы назвали их имена, точнее - прозвища. Поговорим с той позиции, которую задали первым абзацем.

Впрочем, неполиткорректный эпизод, если уж мы заговорили о политкорректности, в фильме всё же присутствует. Странно, и в какой-то степени даже восхитительно, что администратора, в начале фильма упорно не желавшую принимать в больницу подыхавшую от передоза Куки, а в конце фильма заставившую подождать медицинской помощи покромсанных Стреча и Спуна, сделали ярко выраженной еврейкой. Эпизод из жизни, наверное.

Нет, это фильм вовсе не о наркоманах, как его обычно принято рекомендовать, а о чёрных наркоманах. Разница есть - и немалая. А по большому счёту лента вообще повествует о нелёгкой доле ниггеров, обитающих в гетто и всей душой своей желающих вырваться из него. Эпизод в конце фильма с взбунтовавшимся слепым ветераном войны во Вьетнаме, белым - очевидно, лишь слабая попытка уравновесить распределение тяжести судьбы в зависимости от цвета кожи. Причём по сравнению, скажем, с "Грязным", также повествующим о жизни негритянского (и заодно пуэрто-американского) гетто, это совершенно политкорректная лента. Ниггеры здесь - такие же изгои, как и в "Грязном", но они все какие-то жертвенные изгои, а не шизанутые отморозки. Добропорядочный бюргер, просмотревший "В тупике", наверное, по замыслу должен проникнуться жалостью к этим никому ненужным отщепенцам, которые и рады бы жить - да не дают им.

INTERSCOPE COMMUNICATIONS / POLYGRAM FILMED ENTERTAINMENT, 1997

.:NEUE OPERATIVE RADIKALE KUNST:. - Без защитного экрана, 2007